Ты не сможешь вернуться домой 1 глава

Инвернесс, июль 1769

Роджер медлительно шел по городку, оглядываясь по сторонам с экстазом и изумлением. Естественно, за два столетия Инвернесс несколько поменялся, в этом колебаться не приходилось, но все равно Роджер узнавал в нем тот же самый знакомый ему город; но, непременно, он был намного меньше, и половина его запятанных улочек оставались Ты не сможешь вернуться домой 1 глава не замощенными, и все же Роджер знал ту улицу, по которой шел на данный момент и по которой сотки раз проходил до этого.

Да, это была Хантли-стрит, и невзирая на то, что большая часть малеханьких лавочек и построек по обе ее стороны были ему незнакомы, он отлично лицезрел на Ты не сможешь вернуться домой 1 глава другой стороне реки высшую Старенькую Церковь, — хотя на данный момент она, естественно, была не такая уж древняя; но ее колокольня смотрелась совсем так же строго и сердито. Наверняка, если б Роджер вошел на данный момент в церковь, он увидел бы миссис Данвеган, супругу священника, расставляющую цветочки у алтаря Ты не сможешь вернуться домой 1 глава перед воскресной службой. Но — нет, миссис Данвеган к тому же не родилась, и не скоро она воцарится в этой церкви, совместно со своими толстыми шерстяными свитерами ручной вязки и страшными картофельными пирогами, которыми она терзала всех нездоровых в приходе собственного супруга. И еще Роджер увидел небольшую каменную кирку, внушительную и Ты не сможешь вернуться домой 1 глава знакомую, — но в ней на данный момент обитал кто-то незнакомый. Церкви, в какой служил отец Роджера, еще не было; ее выстроили — ее построят? — исключительно в восемьсот 30 седьмом году. Точно так же и дом, который всегда казался Роджеру страшно старенькым и дряблым, еще не существовал; его Ты не сможешь вернуться домой 1 глава построят только в самом начале двадцатого века. Роджер прошел по пути мимо того места, где позднее появится этот дом — на данный момент там не было никакого жилища, только густо разрослись лапчатка да ракитник, да еще из-под кустов высунулась молодая одинокая рябина, чьи неповторимые листья трепетали на легком ветерке.

В воздухе царила Ты не сможешь вернуться домой 1 глава все та же мокроватая прохлада, приправленная свежайшим запахом речной воды, — но заглушающая все запахи вонь авто выхлопов отсутствовала, сменившись доносившейся откуда-то вонью сточных вод. Но самым поразительным казалось Роджеру отсутствие церквей; там, где в его деньки по обеим берегам реки высились величавые силуэты шпилей и Ты не сможешь вернуться домой 1 глава колоколен, на данный момент не было ничего, не считая изредка разбросанных домишек.

Каменный мост, соединявший берега, пребывал пока в единственном числе, но сама река смотрелась прежней… другими словами таковой же, как в двадцатом веке. И вточности такие же чайки посиживали на камнях, обмениваясь крикливыми замечаниями и временами взлетая, чтоб Ты не сможешь вернуться домой 1 глава схватить рыбешку, неосмотрительно поднявшуюся к самой поверхности воды.

— Фортуны для тебя, птичка, — произнес Роджер, шагая по мосту к городку и посматривая на жирную чайку, сидевшую на перилах.

Он лицезрел здесь и там величавые дома, комфортно устроившиеся на зеленоватых полянах, и высокомерных леди, сидевших, раскинув пышноватые юбки, и не обращавших ни Ты не сможешь вернуться домой 1 глава мельчайшего внимания на суетившуюся около их прислугу. В отдалений он увидел большущее здание — то был дом Монтжераль, выглядевший в точности таким, каким привык его созидать Роджер, — только не было пока циклопических буков, окруживших дом в дальнейшем, — они даже не были еще посажены. На их месте росли веретенообразные итальянские кипарисы Ты не сможешь вернуться домой 1 глава, невесело склонявшиеся над садовой стенкой и казавшиеся полными тоски по собственной солнечной родине.

При всей его красе и элегантности дом Монтжераль воспользовался славой дома, построенного по древнему из старых правил — под его фундаментом как будто лежали кости человека, принесенного в жертву. Судя по историческим документам, некоего работника приманили в Ты не сможешь вернуться домой 1 глава строящийся подвал, столкнули в яму, вырытую в полу, и завалили большущим камнем, — но не просто завалили, а скинули этот камень с только-только возведенной стенки, разбив злосчастному голову в согласовании с ритуалом. И, как утверждала история местных мест, человек так и остался лежать под фундаментом, и его кровь умиротворила голодных духов Ты не сможешь вернуться домой 1 глава земли, которые приняли жертву и позволили возвести величавое строение, которому не жутки были ни годы, ни природные катаклизмы.

На данный момент этому дому было лет 20 либо 30, не больше, прикинул Роджер. Наверняка, в городке можно было без особенного труда найти людей, принимавших роль в его строительстве, — тех, кто точно знал Ты не сможешь вернуться домой 1 глава, что там вышло в подвале, и с кем, и почему.

Но Роджеру предстояло заняться совершенно другим делом; придется дому Монтжераль и его призракам остаться при собственных секретах. С легким вздохом сожаления Роджер оставил величавое здание сзади, повернув собственный ученый нос к дороге, ведшей в доки в нижнем Ты не сможешь вернуться домой 1 глава течении реки.

С чувством, которое нельзя было именовать по другому, как де-жа-вю, Роджер толчком открыл дверь таверны. Вымощенная плоскими камнями площадка перед входом и древесные косяки были точно такими же, как неделю вспять — и через двести лет после чего денька, — и знакомый запах дрожжей и хмеля Ты не сможешь вернуться домой 1 глава стукнул в нос Роджеру, ободряющий и утешающий. Имя обладателя пивной поменялось, но запахи остались прежними.

Роджер сделал большой глоток из древесной кружки — и чуть не задохнулся.

— Все в порядке, юноша? — спросил трактирщик. Он тормознул, держа в руках корзину с песком и всматриваясь в Роджера.

— Отлично, — осипло ответил Роджер. — Все Ты не сможешь вернуться домой 1 глава очень просто отлично.

Трактирщик кивнул и возвратился к собственному занятию, но временами оглядывал на Роджера, боясь, похоже, что гость может испачкать только-только подметенный и посыпанный свежайшим песком пол.

Роджер еще пару раз кашлянул, позже опять поднес к губам кружку, но сейчас был куда более осторожен. Вкус был неплохим, даже очень неплохим Ты не сможешь вернуться домой 1 глава, если гласить честно. Вот только содержание алкоголя оказалось совсем другим; этот напиток был во много раз крепче хоть какого сорта пива, какой только приходилось пробовать Роджеру в современном ему мире.

Клэр гласила ему, что алкоголизм в эту эру был явлением совсем обыденным, и сейчас Роджер без усилий сообразил, почему Ты не сможешь вернуться домой 1 глава. Вобщем, если дебоширство окажется самой суровой неувязкой из числа тех, с которыми ему придется столкнуться, он уж как-нибудь с этим управится.

Он тихо посиживал у очага и нерасторопно пил, смакуя черное, горьковатое пиво, — и при всем этом смотрел и слушал.

Это была припортовая таверна, и гостей в Ты не сможешь вернуться домой 1 глава ней хватало. Стоявшая поблизости от причалов Мори-Ферта пивная служила приютом для морских капитанов и торговцев, также для моряков с кораблей, стоявших в гавани, и для портовых грузчиков, и для рабочих с товарных складов. Огромное количество сделок самого различного рода заключалось за малеханькими столиками, покрытыми пятнами от пролитого пива.

Краем Ты не сможешь вернуться домой 1 глава уха Роджер слышал, как двое парней заключили контракт о погрузке на корабль трехсот рулонов дешевенькой шерстяной ткани из Абердина, созданных для колоний, при этом оборотным рейсом тот же корабль был должен доставить из Каролины груз риса и индиго. На другие корабли грузились сотки голов низкого рогатого Ты не сможешь вернуться домой 1 глава скота, мотки медной проволоки весом по 600 фунтов, бочки с сероватой, темной патокой, вином… То и дело назывались числа, обозначавшие цена продуктов либо доставки, даты отбытия… голоса плыли через пивные пары, наполнявшие таверну, и через густые сизые облака табачного дыма, кружившие под низковато нависшими потолочными опорами. .

Но речь тут шла Ты не сможешь вернуться домой 1 глава не только лишь о товарах. В одном из углов посиживал некоторый капитан в отлично сшитом длиннополом сюртуке; дорогая темная треуголка лежала на столе около его локтя. Капитан пристально смотрел за сидевшим рядом с ним писарем, склонившимся над большой амбарной книжкой; перед ним на столе стоял ящичек с средствами. Но капитан лично говорил Ты не сможешь вернуться домой 1 глава с людьми, безпрерывно подходившими к его столу, — это были люди, желавшие уехать в колонии в одиночку либо с семьями.

Роджер тайком следил за процедурой. Этот корабль отчаливал в Вирджинию, и, послушав дискуссии некое время, Роджер сделал вывод, что цена проезда для взрослого мужчины — для джентльмена, поточнее говоря Ты не сможешь вернуться домой 1 глава, — составляет 10 фунтов и восемь шиллингов. Те, кто готов был ехать третьим классом, сбившись на нижней палубе в кучу, как скот, могли попасть на борт корабля, заплатив по четыре фунта и два шиллинга с головы. При всем этом они должны были иметь при для себя припас товаров на всегда Ты не сможешь вернуться домой 1 глава шестинедельного плавания. Водой, как сообразил Роджер, пассажиров все таки обеспечивали.

Тем, кто очень желал уехать, но совершенно не имел средств, предлагались другие варианты оплаты.

— Рабочий договор на вас самого, вашу супругу и 2-ух старших отпрыской? — Капитан склонил голову набок, оценивающе смотря на семейство, стоявшее перед ним. Малая жилистая дама Ты не сможешь вернуться домой 1 глава, которой, пожалуй, было немного за 30, но которая смотрелась намного старше собственных лет, стояла рядом со своим супругом. Тяжкий труд и бедность очень сказались на ее наружности. Она смотрела в пол, прочно держа за руки 2-ух малеханьких девченок. Одна из ее дочек держала на руках младшего братишку, малыша лет 3-х либо 4. Старшие сыновья Ты не сможешь вернуться домой 1 глава стояли по другую руку от отца, стараясь смотреться как можно более взрослыми. Роджер поразмыслил, что одному из их, похоже, не больше 12-ти, а другому вероятнее всего 10, и они оба были хилыми, тщедушными из-за неизменного недоедания.

— Вы сами и мальчишки — да, согласен, — произнес капитан. Позже, нахмурившись Ты не сможешь вернуться домой 1 глава, поглядел на даму, так и не поднявшую головы. — Но никто не купит даму с таким количеством деток… 1-го она сумеет бросить, пожалуй, да и только. Так что вам придется реализовать и девченок тоже.

Мужик окинул взором свою семью. Его супруга упрямо смотрела в пол и стояла совсем бездвижно. Но одна из Ты не сможешь вернуться домой 1 глава девченок крутилась, жалобно хныча и пытаясь вырвать у мамы свою руку, — видимо, та очень очень сжимала детские пальцы.

Мужик отважился.

— Отлично, — произнес он, понизив глас. — А можно… можно их бросить вкупе?

Капитан потер рукою подбородок и индифферентно кивнул.

— Да, это сделать несложно.

Роджер не стал ожидать, пока стороны Ты не сможешь вернуться домой 1 глава обсудят окончательные условия сделки. Он резко встал и вышел из таверны; черное пиво потеряло для него всякий вкус.

Он постоял на улице перед дверцей пивной, перебирая монеты в собственном кармашке. Там лежало все, что ему удалось собрать, — все подходящие к эре средства. Роджер, вобщем, задумывался, что этой суммы ему будет Ты не сможешь вернуться домой 1 глава довольно; он был человеком крепким и уверенным в собственных силах. Но сцена, очевидцем которой он стал в таверне, потрясла его.

Роджер рос в атмосфере, пропитанной историей Шотландии. Он довольно отлично знал о тех обстоятельствах, которые вынуждали целые семьи впадать в отчаяние и соглашаться на разлуку и практически полную рабскую Ты не сможешь вернуться домой 1 глава зависимость ради того, чтоб просто выжить.

Он знал все о продаже лэрдами собственных земель, из-за чего маленькие арендаторы оказывались совместно с семьями изгнанными с участков, худо-бедно кормивших их многие сотки лет; знал о страшенных критериях жизни и отчаянной нижете в шотландских городках, знал о невыносимости жизни в Шотландии Ты не сможешь вернуться домой 1 глава в эту эру. Но все долгие и длительные годы упрямого исследования исторических фактов не смогли приготовить его к тому, что он увидел в лице той дамы, упрямо смотревшей в посыпанный свежайшим песком пол таверны, дамы, прочно сжимавшей руки собственных дочерей…

Девять фунтов и восемь шиллингов. Либо четыре Ты не сможешь вернуться домой 1 глава фунта и два шиллинга. Плюс к этому — цена товаров на дорогу. У Роджера в кармашке имелось ровно четырнадцать шиллингов и три пенса, да еще горсть маленьких медных монеток и пара фартингов.

Роджер медлительно пошел повдоль но длинноватой набережной, смотря на огромное количество кораблей, стоявших на якорях у длинноватых причалов. В главном Ты не сможешь вернуться домой 1 глава здесь были маленькие рыболовные кечи с 2-мя мачтами, и еще — мелкие вельботы и бриги, которые в главном плавали по заливу Мори-Ферт либо через Ла-Манш, перевозя грузы и пассажиров во Францию. Только три огромных корабля стояли на данный момент в Ферте, довольно огромных, чтоб совладать с ветрами и Ты не сможешь вернуться домой 1 глава бурями Атлантики и добраться до колоний.

Естественно, Роджер мог отправиться во Францию и сесть на корабль там. Либо сушей добраться до Эдинбурга — тот порт был куда больше, чем порт Инвернесса. Но к тому времени уже может наступить сезон штормов. Брианна и так обогнала его на 6 недель; он Ты не сможешь вернуться домой 1 глава не может попусту растрачивать время, когда ему необходимо отыскать даму… бог знает, что может в местных краях и временах случиться с одинокой дамой.

Четыре фунта и два шиллинга. Что ж, он ведь может работать. Не имея ни супруги, ни малышей, которые нуждались бы в его поддержке, он может основательно Ты не сможешь вернуться домой 1 глава сберегать, не позволяя для себя ничего излишнего. Но Роджер отлично знал, что в это время среднее жалованье клерка составляло двенадцать фунтов в год, и осознавал, что ему быстрее предложат чистить конюшни, чем посиживать за канцелярским столом… а это значило, что навряд ли ему получится длительно удержать при для себя Ты не сможешь вернуться домой 1 глава те средства, что нужны на проезд до колоний.

— Хорошо, поначалу — дело, — пробормотал он. — Поначалу удостоверься, что она вправду уехала, а позже будешь разбираться с остальным.

Держа руку в кармашке, он повернул в узкий проход меж 2-мя пакгаузами. Одушевление, владевшее им с утра, практически на сто процентов улетучилось, и Роджер отлично Ты не сможешь вернуться домой 1 глава осознавал, почему это вышло.

Но он малость взбодрился, когда увидел, что его гипотеза оказалась правильной: он увидел контору портового инспектора конкретно там, где, как он знал, ей и следовало быть, — в том же самом коренастом каменном здании, где она благополучно пребывала и двести лет спустя. Роджер сухо улыбнулся Ты не сможешь вернуться домой 1 глава; да, шотландцы совсем не склонны поменять что-либо ради обычного факта перемены.

В конторе было многолюдно и шумно, а за затрепанной древесной стойкой суетились четыре клерка, записывая и ставя печати, перетаскивая с места на место здоровые пачки различных бумаг, принимая средства и здесь же унося их во внутреннее помещение, откуда они Ты не сможешь вернуться домой 1 глава появлялись через секунду с расписками в получении, уложенными стопками на лакированные жестяные подносы.

По эту сторону стойки толклись окутанные нетерпением люди, и каждый кликом и жестами старался уверить служащих, что конкретно его дело и есть самое принципиальное и настоятельное, куда важнее, чем у всех других, кем бы они Ты не сможешь вернуться домой 1 глава ни были. Но когда в конце концов Роджеру удалось привлечь внимание 1-го из клерков, то оказалось, что никто ничего не имеет против того, чтоб Роджер просмотрел журнальчик регистрации пассажиров, отплывших из Инвернесса за последние месяцы.

— Эй, погоди, — окрикнул Роджер юного человека, водрузившего на стойку гигантскую амбарную книжку Ты не сможешь вернуться домой 1 глава, переплетенную в кожу, и подтолкнувшего ее к Роджеру.

— А? — Клерк раскраснелся от спешки, на его носу красовалось чернильное пятно, но он обходительно приостановился, смотря на Роджера.

— Сколько вам здесь платят за эту работу? — спросил Роджер. Светлые брови клерка взлетели ввысь, но он был очень занят, чтоб задавать излишние вопросы Ты не сможешь вернуться домой 1 глава либо дуться на данные.

— 6 шиллингов в неделю, — кратко ответил он и одномоментно пропал, услышав донесшийся из внутреннего помещения раздраженный окрик: «Мунро!»

— Мм… — Роджер взял регистрационную книжку и протолкался через массу в оборотном направлении. В стороне от основного потока гостей, у окна, стоял небольшой столик, и Роджер положил на него книжку Ты не сможешь вернуться домой 1 глава.

Видя, в каких критериях работают портовые клерки, Роджер был очень удивлен тем, что журнальчик регистрации был заполнен аккуратненько, и почерк вносившего записи человека оказался полностью читаемым. Роджер давным-давно акклиматизировался с архаичной орфографией и эксцентричной пунктуацией, вот только он привык созидать подобные записи выцветшими от времени, на пожелтевшей хрупкой Ты не сможешь вернуться домой 1 глава бумаге, готовой вот-вот рассыпаться у него в руках. А поэтому его душу настоящего историка окутал трепет, когда он открыл лежавшую перед ним книжку и посмотрел на ее странички, новые, белоснежные… но ему было почему-либо жутко и не хотелось начинать чтение.

«Ты просто дурачина из дураков, — тихо произнес прохладный Ты не сможешь вернуться домой 1 глава глас в глубине его разума. — Она либо тут, либо нет; сколько ни медли, ничего ты этим не изменишь. Ну же, давай!»

Роджер глубоко вздохнул и открыл первую страничку регистрационной книжки. В ее высшей части было ровненькими знаками выведено заглавие корабля, потом шли имена хозяев и команды, перечень грузов Ты не сможешь вернуться домой 1 глава и даты. То же самое было на других страничках. «Арианна». «Полифемус». «Мэри Уидоу». «Тайбурон». Невзирая на свои опаски, Роджер поневоле восхитился именами кораблей, — это звучало по-настоящему прекрасно и поэтично.

Получасом позднее он уже напрочь запамятовал и о красе, и о поэтичности, и о древней грамматике, и чуть замечал наименования Ты не сможешь вернуться домой 1 глава кораблей, листая странички, всматриваясь в списки имен пассажиров и чувствуя, как в его душе наращивается отчаяние. Ее здесь не было, Брианны не было в этих перечнях!

Но она должна числиться в их, уверял он себя. Она должна была сесть на корабль, чтоб отправиться в колонии, так как где же еще Ты не сможешь вернуться домой 1 глава, черт побери, она возможно окажется? Разве что она не отыскала ту заметку, в конце концов… но болезненное чувство под ребрами убеждало его, что все она отыскала; ничто другое просто не принудило бы ее подвергнуться риску прохода через камешки.

Роджер в очередной раз глубоко вздохнул и на короткий Ты не сможешь вернуться домой 1 глава срок закрыл глаза, уже начавшие уставать от рассматривания темных рукописных букв. Позже, незначительно подумав, возвратился к первому подходящему по времени списку и начал просматривать его поновой, пристально изучая каждое имя и даже выговаривая его вслух, не пропуская ничего.

Мистер Финеас Форбс, джентльмен Миссис Вильгельмина Форбс, Мастер Джошуа Форбс Ты не сможешь вернуться домой 1 глава, Миссис Джозефина Форбс, Миссис Эглэнти Форбс, Миссис Шарлотта Форбс…

Роджер улыбнулся, представив для себя мистера Финеаса Форбса, окруженного домочадцами… либо домочадками? Ведь в перечне были практически одни дамы. Даже зная, что сокращение «мсс» может происходить от «мистрис», что означало в прежние времена равно как замужнюю, так и незамужнюю даму (в отличие Ты не сможешь вернуться домой 1 глава от «миссис», что быстрее значило небольшую девченку), Роджер невольно представил для себя мистера Финеаса, принципиально поднимающегося на борт корабля в сопровождении 4 супруг… а мастер Джошуа наверное плелся в хвосте процессии.

Мистер Уильям Талбот, торговец Мистер Питер Талбот, торговец Мистер Джонатан Бикнелл, доктор Мистер Роберт Маклеод, крестьянин Мистер Гордон Маклеод, крестьянин Ты не сможешь вернуться домой 1 глава Мистер Мартин Маклеод…

И ни 1-го Рэндалла, хоть плачь. Ни на «Персефоне», ни на «Королевской Мести», ни на «Фебе». Роджер потер воспаленные веки и принялся за перечень пассажиров «Филиппа Алонсо». Заглавие испанское, но корабль прогуливается под шотландским флагом. Вышел из порта Инвернесса под командой капитана Патрика О Ты не сможешь вернуться домой 1 глава`Брайана.

Роджер еще не сдался, но уже начал подумывать о том, что он мог бы сделать в качестве последующего шага, если все-же Брианны не окажется ни в каком из пассажирских списков. Лаллиброх, конечно. Он уже бывал там в один прекрасный момент, в собственном своем времени, и лицезрел заброшенные Ты не сможешь вернуться домой 1 глава развалины поместья; но сможет ли он отыскать это место сейчас, без путеводителя, автомобиля и солидный дорог?

И здесь он застыл, а его палец, скользивший по строчкам, тормознул в нижней части странички. Нет, это не было то имя, которое он находил, это не была Брианна Рэндалл, но… но при виде очередной записи Ты не сможешь вернуться домой 1 глава в него в голове как будто стукнул колокол. Фрезер, было начертано наклонными жесткими знаками. Мистер Брайан Фрезер. Нет, это не Брайан… и не мистер, кстати говоря. Роджер наклонился к журнальчику, всматриваясь в него до боли в очах.

Роджер закрыл глаза, чувствуя, как сердечко вдруг неистово заколотилось в его груди Ты не сможешь вернуться домой 1 глава, а по всему телу проехалась волна облегчения, одурманивающая, как будто местное черное пиво. Конечно, здесь написано «mrs», а не «mr», просто последняя буковка практически соединилась с предшествующей.

А имя… ну да, «Брайан» пишется практически так же, как «Брианна», лишь на две буковкы короче… и при более внимательном Ты не сможешь вернуться домой 1 глава исследовании Роджер сообразил, что клерк пропустил одну «н», а финишная «а» от спешки обратилась в неопределенный хвостик.

Она, конечно, это она, это должна быть она! Ее имя было необыкновенным тут — ведь Роджер не отыскал во всем этом толстом журнальчике ни единой Брианны, — и поэтому клерк записал его некорректно Ты не сможешь вернуться домой 1 глава. А фамилия «Фрезер» разъяснялась совершенно просто; отправившись на поиски собственного отца, женщина взяла его имя, то имя, которое принадлежало ей по праву рождения.

Роджер резко захлопнул журнальчик, как будто опасаясь, что имя Брианны улизнет со странички, и несколько мгновений посиживал совсем бездвижно, пытаясь отдышаться и придти в себя. Отыскал! Он Ты не сможешь вернуться домой 1 глава увидел, что клерк со светлыми бровями удивленно поглядел на него через стойку, и, смутившись, опять открыл книжку регистрации.

«Филипп Алонсо». Вышел из Инвернесса в 4-ый денек июля тыща семьсот шестьдесят девятого года Курс — Чарльстон, Южная Каролина.

Роджер нахмурился, раздумывая над заглавием конечного порта Южная Каролина. Вправду ли Брианна Ты не сможешь вернуться домой 1 глава направлялась туда, либо просто села на 1-ый попавшийся корабль, способный приблизить ее к цели? Он стремительно пролистал последние странички и удостоверился, что в июле в Северную Каролину не отправилось ни 1-го корабля. Да, похоже, она села на 1-ый корабль, отправлявшийся в колонии, а далее решила добираться по суше.

А может быть Ты не сможешь вернуться домой 1 глава, он ошибается. По спине Роджера пробежал холодок, не имевший ни мельчайшего дела к холодному ветру, врывавшемуся через разбитое окно сзади. Он опять поглядел на запись и удостоверился, что не мог ошибиться. Рядом с именованием не стояло заглавие профессии, как это было при записи мужских фамилий. Да, это непременно Ты не сможешь вернуться домой 1 глава «миссис», а означает, и «Брианна». И это конкретно его Брианна, он знал, он ощущал…

Роджер закрыл журнальчик, встал и возвратил его клерку.

— Спасибо, юноша, — произнес он, радуясь тому, что ему не надо стараться гласить без шотландского акцента — Ты не можешь мне сказать, какой корабль в последнее время пойдет в южноамериканские Ты не сможешь вернуться домой 1 глава колонии?

— Да, — ответил клерк, одной рукою ловко забирая журнальчик, а другой принимая от еще одного клиента плату за провоз груза — Да, это «Глориана». Она выходит через два денька в обе Каролины. — Клерк окинул Роджера взором. — А ты эмигрант либо мореплаватель? — спросил он.

— Мореплаватель, — уверенно ответил Роджер. И, не обращая внимания Ты не сможешь вернуться домой 1 глава на недоверчиво вскинутые брови собеседника, махнул рукою в сторону окна, за которым показывался лес мачт. — Где я могу его отыскать?

Как и раньше выражая недоверие всем своим лицом, клерк кивнул в сторону двери:

— Ее владелец обычно занимается делами в «Фриарсе», когда находится в порту. Наверное он и на Ты не сможешь вернуться домой 1 глава данный момент там… капитан Боннет, так его зовут.

Клерк не стал произносить вслух то, что без усилий можно было прочесть по его очам; если Роджер — мореплаватель, то он сам — африканский попугай.

— Хорошо, то ghitte. Спасибо. — Вскинув руку в приветствии, Роджер собрался было уйти, но, обернувшись уже от Ты не сможешь вернуться домой 1 глава двери, увидел, что клерк глядит ему вослед, не обращая внимания на гомонящих клиентов.

— Пожелай мне фортуны! — с усмешкой кликнул Роджер. Клерк усмехнулся в ответ — и похоже было, что он сразу и восторгается Роджером, и незначительно завидует ему.

— Фортуны, юноша! — кликнул он и тоже взмахнул рукою. Но к тому времени Ты не сможешь вернуться домой 1 глава, как за Роджером захлопнулась дверь, он уже углубился в разговор со последующим клиентом, держа наготове перо, чтоб записать нужные сведения.

Роджер отыскал капитана Боннета в таверне, как и произнес ему клерк, — капитан посиживал за столом в углу, окруженный густым облаком сизого дыма, к которому много добавляла и собственная сигара капитана.

— Имя?

— Маккензи Ты не сможешь вернуться домой 1 глава, — ответил Роджер, поддавшись неожиданному порыву. Если Брианна сменила фамилию, то почему бы и ему не поступить так же?

— Так, Маккензи… Какой-либо опыт есть, мистер Маккензи?

Солнечный луч, прорвавшийся через дымовую заавесь, свалился на лицо капитана, заставив того сощуриться. Боннет откинулся на спинку стула, уходя в Ты не сможешь вернуться домой 1 глава тень, и оттуда всмотрелся в Роджера с внезапной проницательностью. Роджер ощутил себя некомфортно.

— Мне приходилось выходить на ловлю сельди временами, в Минче.

Это не было полной ложью; в подростковом возрасте он вправду пару раз выходил в море на рыболовецком судне, принадлежавшем другу преподобного. Эти опыты приучили его смотреть за состоянием Ты не сможешь вернуться домой 1 глава собственной мускулатуры и оставили в памяти перезвон колоколов на островах, а еще он с того времени вытерпеть не мог селедку. Но он, по последней мере, знал, как взяться за канат.

— А, ты крепкий юноша, и ростом вышел. Но рыбак — совершенно не то же самое, что матрос, будь уверен. — Резвый Ты не сможешь вернуться домой 1 глава, мягенький ирландский выговор капитана не позволял осознать, являются ли его слова вопросом, либо утверждением, либо… либо провокацией.

— Ну, я не думаю, что это дело просит такового уж огромного умения.

Капитан Боннет почему-либо почесал в затылке, взъерошив волосы. Его зеленоватые глаза остро взглянули на Роджера.

— Может, там требуется побольше, чем ты Ты не сможешь вернуться домой 1 глава можешь для себя представить… но, естественно, в данном деле нет ничего такового, чему нельзя при желании научиться. Но что все-таки могло такое произойти, если юноша вроде тебя вдруг страстно возжелал отправиться в плавание?

Глаза капитана неотрывно смотрели на Роджера. Юноша вроде тебя. Что бы это могло значить, пробовал Ты не сможешь вернуться домой 1 глава осознать Роджер. Навряд ли капитана насторожила его речь — он очень старательно изгонял мельчайшие признаки оксфордского образования, подражая выговору островитян. Может быть, на нем очень дорогая для потенциального матроса одежка? Либо капитана заставил задуматься опаленный воротничок и выгоревшее пятно на его пальто?

— Ну, я думаю, вас это не Ты не сможешь вернуться домой 1 глава касается, — ровненьким тоном ответил он. И, сделав над собой маленькое усилие, принудил свои руки расслабленно висеть повдоль боков.

Зеленые глаза бесстрастно изучали его, никогда не мигнув. Как леопард, наблюдающий за проходящими мимо зверьками, пошевелил мозгами Роджер, и гадающий, кого конкретно слопать.

Но вот томные веки капитана опустились на мгновение… леопард Ты не сможешь вернуться домой 1 глава решил, что этого есть не стоит.

— Явишься на борт к восходу, — произнес Боннет. — 5 шиллингов за месяц, мясо трижды в неделю, по воскресеньям сливовый пудинг. Для тебя выдадут гамак, но белье для постели должно быть твое собственное. Ты можешь покинуть корабль после того, как его вполне разгрузят, но не ранее Ты не сможешь вернуться домой 1 глава. Вас это устраивает, сэр?

— Полностью устраивает, — кивнул Роджер, у которого вдруг пересохло во рту. От пристального взора зеленоватых глаз ему страшно захотелось испить, но поначалу необходимо было оказаться как можно далее от капитана Боннета.

— Когда явишься на борт, спроси мистера Диксона. Он казначей. — Боннет отвернулся, достал из внутреннего Ты не сможешь вернуться домой 1 глава кармашка маленькую тетрадку в кожаном переплете и резко открыл ее. Аудиенция была закончена.

Роджер быстро вышел из таверны, не оглянувшись. Но затылок у него холодило. И Роджер знал, что если б он на данный момент поглядел вспять, то увидел бы прицельный зеленоватый взор, устремленный на него поверх записной книги… и Ты не сможешь вернуться домой 1 глава от этой мысли у него ослабли ноги.

Роджер пошевелил мозгами, что он ощущает холодок в затылке поэтому, что леопард прикидывает — не вонзить ли ему в это место зубы?

Глава 37

«Глориана»

До того, как он отправился в плавание на «Глориане», Роджер был уверен, что хорошо развит на физическом Ты не сможешь вернуться домой 1 глава уровне. И по правде, по сопоставлению с очевидно недокормленными морщинистыми мужиками, составлявшими команду этого корабля, он смотрелся просто отлично. Но ему пригодилось всего четырнадцать часов — другими словами один полный рабочий денек на борту, — чтоб избавиться от всех заблуждений на свой счет.

За сей день он заработал огромное количество волдырей Ты не сможешь вернуться домой 1 глава на ладонях и отчаянную боль во всех мышцах; да, он мог упаковывать ящики, подымать на борт бочонки и тянуть канаты вровень с остальными, это была знакомая ему работа, — но ему никогда не приходилось заниматься чем-либо схожим много часов попорядку.

Он и представить не мог, что можно вымотаться до мозга костей Ты не сможешь вернуться домой 1 глава, при этом вялость появлялась не только лишь от работы, но к тому же от того, что одежка на нем была повсевременно увлажненной и он безпрерывно зяб.

Он с радостью отправился в грузовой трюм, услышав таковой приказ, так как там можно было быстро укрыться от пронизывающего ветра и Ты не сможешь вернуться домой 1 глава согреться, — хотя и осознавал, что все тепло одномоментно испарится, как он опять подымется на палубу, так как порывы леденящего ветра сразу остудят его насквозь пропотевшую робу.

Его руки были сплошь исцарапаны грубыми конопляными канатами, кожу саднило, но к этому Роджер был готов; к концу первого денька плавания его ладошки стали темными от Ты не сможешь вернуться домой 1 глава смолы, а на суставах пальцев кожа потрескалась и кровоточила Но вот чего Роджер никак не ждал, так это чувства голода; оно его здорово изумило. Он и не подразумевал, что может проголодаться до таковой степени, что в животике у него как будто кошки скребли когтями.

Некоторое костистое Ты не сможешь вернуться домой 1 глава и неровное человеческое существо по имени Дафф, работавшее рядом с ним, было равным образом насквозь влажным, но, похоже, никак не волновалось из-за этого. Длиннющий и острый, как у хорька, нос торчавший над поднятым воротником поношенной матросской блузки, посинел на кончике, и временами из него стекали капли, — но светлые глаза Даффа смотрели Ты не сможешь вернуться домой 1 глава остро и живо, а рот то и дело расплывался в широкой улыбке, выставляя напоказ зубы того же цвета, как вода в заливе Ферт.

— Отдыхай, юноша! — бросил Дафф в ответ на взор Роджера. — Слышишь, склянки? — Дафф по-приятельски пихнул Роджера локтем в ребра и одномоментно пропал в лючке, из Ты не сможешь вернуться домой 1 глава черной глубины которого доносились грубые осиплые голоса и звучное звяканье.

Роджер оставил в покое грузовую сеть, искренне обрадовавшись тому, что, кажется, можно было наконец поужинать.

Кормовой трюм был уже загружен наполовину. Сперва на борт подняли бочки с водой; коренастые и пузатые, они стояли ряд за рядом в невеселой полутьме Ты не сможешь вернуться домой 1 глава, любая объемом в 100 галлонов и весом более семисот фунтов. Но носовой трюм был еще пуст, и нескончаемая процессия грузчиков и портовых рабочих тащилась к причалу, как цепочка трудолюбивых муравьев, поднося такое количество ящиков и бочонков, рулонов и узлов, что казалось неосуществимым и вообразить, чтоб вся эта масса могла благополучно Ты не сможешь вернуться домой 1 глава улечься в корабельное чрево.


tihij-amerikanec-grin-grem-izlozhenie.html
tihij-don-chast-pervaya-proizvedenie-sokrasheno-v-15-raz-stranica-4.html
tihij-don.html